#pun_wrap:after {
    content: "";
    backdrop-filter: blur(30px);
    position: absolute;
    display: block;
    width: 100%;
    height: 100%;
    border-radius: 45px;
    top: 0;
    left: 0;
    z-index: -1;
    pointer-events: none;
    background: var(--white-opacity);
    border: 1px solid var(--border-opacity);
}

#pun_wrap::before {
    content: "";
    position: absolute;
    top: -7.5px;
    left: -7.5px;
    width: calc(100% + 15px);
    height: calc(100% + 15px);
    background: var(--poll);
    mask: var(--mask);
    -webkit-mask: var(--mask);
    z-index: -1;
    pointer-events: none;
}

📍 Городская площадь, Мистик-Фоллс | 🗓 4 сентября 2026 года | 🕰 16:49
[В СЦЕНЕ]: Деймон, Энзо, Стефан, Марина, Хоуп, Кэролайн, Кай Паркер
***
[ФОН]
Источник странности: нет
Фокус сцены: угроза / ревность / трио хаоса
Состояние пары: ПЕРЕМИРИЕ
Ограничение знания: Деймон ВПЕРВЫЕ видит чёрное кольцо на её руке (D🟢 вид, D🔴 значение). Не знает, как Кай выбрался из тюремного мира и что они с Мариной друзья.
Активные NPC: Хоуп, Кэролайн, Кай
***

🎵 *Саундтрек: Ozzy Osbourne — Hellraiser*

Она даже не поворачивает головы.

Я стою за стойкой, впитывая этот абсолютный, безупречный игнор. «Дед забыл выпить таблетки». Моя челюсть сжимается так, что зубы скрипят. Она использует против меня наш же собственный язык — абсурд, поп-культуру, Звёздные войны, которые мы смотрели на диване в Винокурне, — но использует его, чтобы выстроить между нами бетонную стену.

А затем она поднимает правую руку.

[ВНУТРИ]
*Время для меня останавливается. Тяжёлый, матово-чёрный металл со стёртым гербом. Безымянный палец правой руки. Моё кольцо — то самое, которое я так и не успел надеть на этот палец, — два года лежит в ящике стола. А она носит чужое. Удар под рёбра настолько точный и глубокий, что на секунду я перестаю слышать даже долбаного Оззи Осборна из колонок.*

**Кэролайн** — Я... что? Я не ситх! — Форбс моргает, окончательно сбитая с толку джедайской логикой и тем фактом, что её идеальный протокол только что сломали пополам. — Марина, при чём тут вообще Республика?!

**Хоуп** — Ты слышала джедая, директриса, — Хоуп фыркает от смеха, идеально подхватывая заданный Мариной ритм [ДУЭТ_ХАОСА]. Она шутливо отдаёт Кэролайн салют двумя пальцами. — Мы уходим на Тёмную сторону. У них есть глазурь. Да пребудет с тобой Сила.

Они разворачиваются, чтобы уйти, и в этот момент кольцо, Кэролайн и дурацкий пунш перестают иметь значение.

Потому что прямо на их пути, словно материализовавшись из воздуха, возникает фигура. В руках у него гигантский надкушенный синнабон, а на лице — та самая социопатическая улыбка, от которой у меня мгновенно темнеет в глазах.

**Кай** — Кто-то сказал «Тёмная сторона»? — Кай Паркер радостно жуёт выпечку, перегораживая им дорогу к палаткам. — Потому что я как раз думал, что этому городу отчаянно не хватает злодейского шарма. Слишком много флажков и чувства вины. Соскучилась, аномалия? — он подмигивает Марине так, будто они расстались только вчера.

Энзо за моей спиной глухо матерится.

Я не обхожу стойку. Я упираюсь ладонью в липкий от пунша пластик и одним текучим движением перемахиваю через бар. Стефан оказывается рядом со мной на долю секунды позже.

Я вклиниваюсь в пространство между Мариной и Паркером. Тон 1 исчезает, не оставив даже следа. Я смотрю на еретика абсолютно мёртвым взглядом хищника (Тон 2).

— Паркер, — мой голос звучит тихо и убийственно ровно. — Я даю тебе ровно три секунды, чтобы объяснить, как ты выбрался из тюремного мира, прежде чем я оторву тебе голову и Кэролайн использует её как декоративную тыкву.

Я не смотрю на Марину, перекрывая её собой от угрозы, и жду, что сделает Кай. Или она.

— Хоуп, взламывай пока их колонки.

Моя скорость — это не вампирский рывок. Это совершенно другой уровень. Я срываюсь с места так, что воздух бьёт в лицо плотной стеной, а площадь с её гирляндами и палатками мгновенно сливается в смазанную цветную полосу.

Мороженщик у своей тележки как раз в ужасе задирает голову к центральным динамикам, разинув рот. Он даже не чувствует сквозняка, когда из его открытого термобокса элегантно исчезают три килограммовых мешка сухого льда, а с соседнего прилавка для осеннего декора — несколько пачек концентрированного бордового красителя.

Хоуп моргнуть не успевает — а я уже стою на том же самом месте рядом с ней, абсолютно не запыхавшись, с ледяной добычей в руках.

— Устроим Вуншпунш, — с абсолютно самодовольной улыбкой заявляю я, позволяя клыкам обнажиться в широкой ухмылке.

Я вскидываю руку, и мы с Майклсон со смачным хлопком отбиваем идеальную «пятюню». Я тут же впихиваю ей в руки пачки с красителем, оставляя себе обжигающе холодный сухой лёд.

— Помнишь, Хоуп, как в «Тачках» говорил Молния Маккуин? — я театрально выдерживаю паузу, и мои глаза загораются чистым, концентрированным азартом. — Кача-ча! Я скорость! Так вот, мы — скорость.

Я перехватываю мешки со льдом поудобнее и на той же нечеловеческой скорости срываюсь прямо к центральному фонтану. Пора творить искусство.

Я влетаю к каменному бортику, Хоуп оказывается там же мгновением позже. Краситель летит в воду, следом отправляется сухой лёд. Химическая реакция происходит мгновенно: вода вспенивается глубоким, кроваво-красным цветом, и густой, тяжёлый бордовый туман начинает угрожающе переваливаться через бортики фонтана, густо стелясь прямо по исторической брусчатке Мистик-Фоллс.

Хор на латыни из взломанных колонок берёт самую высокую, демоническую ноту, от которой вибрируют стёкла в ближайших палатках.

Какая-то почтенная дама из исторического общества роняет на гравий свой тыквенный латте и начинает истово креститься, глядя на кровавый туман. Дети у палатки с шариками восторженно визжат, принимая это за часть крутого хэллоуинского шоу.

Я хватаю Хоуп за руку, смеясь так, что сводит скулы, и смотрю на неё сквозь красную дымку.

— Ну, что? Шалость удалась.

Мы срываемся с места. Я чуть сбавляю темп, подстраиваясь под скорость Хоуп, и мы растворяемся в переулке, где припаркован мой Мустанг, покидая ярмарку до того, как Кэролайн Форбс успеет объявить в городе военное положение.